Место, где лежат еврейские кости, является кладбищем навсегда

    Опубликовано в Новости
  • Пятница, 21 Июнь 2019 00:00

Фундаментом еврейского мировоззрения является вера в бессмертие души. Смерть воспринимается всего лишь как переход от жизни материальной к жизни духовной. В «Экклезиасте» так и записано: «И вернется прах в землю, а дух вернется к Б-гу». Галаха много внимания посвящает усопшим, а традиция предписывает евреям относиться с местам упокоения соплеменников почтительно и бережно.

Не так давно Молдова стала частью крупного европейского проекта по сохранению памяти о еврейских кладбищах. В рамках этой программы неправительственная организация «Европейская инициатива еврейских кладбищ» произвела воздушную видеосъемку еврейских некрополей в нашей республике, как сделала это ранее в Греции, Литве, Украине, Словакии и других странах. Что показательно, работы начались в тех государствах, где еврейские общины были тотально истреблены во время Холокоста.

«Мы не только занимаемся поиском еврейских захоронений, но и возводим ограды вокруг этих кладбищ, чтобы люди знали, что тут покоятся евреи», – объяснил исполнительный директор ESJF Филипп Кармель.

Деньги на мониторинг кладбищ выделены из фондов ЕС. Другие средства на ограждения получены из федерального бюджета ФРГ и благодаря некоторым частным пожертвованиям. Схемы и точная привязка кладбищ на местности стали возможными, конечно же, благодаря управляемым с земли дронам.

К сведению, в Кишиневе существует план реконструкции еврейского кладбища. Оно появилось здесь еще в 1887 году. Ныне это 12 гектаров захоронений, среди которых немало столетних. Всего тут покоятся останки примерно 40 тысяч жителей молдавской столицы. Что любопытно, это кладбище вписано в перечень национальных памятников истории и культуры.

Нам удалось пообщаться с участниками миссии «Европейская инициатива по сохранению еврейских кладбищ» Игорем Травъянко и Владимиром Лысенко, которых сопровождала Ирина Шихова.

Некрополи евреев там, где давно нет евреев

– Что заставило вас присоединиться к проекту съемок кладбища с дрона?

Игорь Травъянко: – Наш опыт работы с еврейской организацией можно охарактеризовать кратко: удивлены, влюблены и заражены. Это факт. Очень много вопросов у меня было с детства (наверное, как и у Владимира), которые относятся к культуре. Было много еврейского населения, и его вдруг не стало. Меньшая часть уехала, большая – погибла. Сохранились воспоминания, но их не достаточно. Вот мы историю и восстанавливаем.

Я числюсь в ESJF с 2014 года, хотя официально она была организована в 2015 году. Нам доводилось ездить в первые экспедиции, когда мы приезжали в абсолютно опустошенные места пребывания еврейских общин, где кладбища не посещались евреями лет 50.

Помню один парадокс. Два соседних села, в которых вообще не осталось евреев. В одном – разрушенное кладбище, в другом – полностью сохранившееся. Видно отношение селян к своей истории. Я лично для себя пытаюсь этот парадокс понять. Давно заброшенное кладбище. Последние евреи, которые там жили, были вернувшимися с войны или из эвакуации. Но они приехали в селение после Холокоста, в занятые другими людьми свои дома. Местные жители в большинстве случаев не хотели возвращать им собственность, возникали конфликты. И потом, к сожалению, ими было решено: да пошло оно все, едем в Израиль!.

Украинские евреи, покидавшие УССР, были деморализованы отношением местного населения к себе после войны.

Владимир Лысенко: – Я начал сотрудничать с ESJF буквально пару месяцев назад, в марте 2019 года. Насчет мотивации присоединяюсь к сказанному Игорем. 

– Сколько человек в команде? Что можете сказать о коллегах?

И. Т. – Под словом «коллектив» надо понимать занимающихся данным делом. Порядка 20 человек задействованы в нашем проекте. Но у нас еще есть круг волонтеров, которые помогают на местах абсолютно добровольно.

Основной костяк – это 8 человек. Когда мы работали в Беларуси, нам для исследований одновременно помогало около 25 человек – белорусы, украинцы, русские.

– Где уже удалось побывать?

И. Т. – Именно по съемке кладбищ с дрона – это 5 стран: Молдова, Украина, Словакия, Греция и Литва. Но мы ведь сотрудничаем с общинами еще и на предмет реставрации оград, а это уже другой проект, основанный на гранте от Правительства Германии с 2015 года.

Не факт, что сразу приезжаем работать. Можем наводить мосты, согласовывать, встречаться. Ведь задача фонда – находить не только проблемные объекты, но и активных участников.

В Молдове помощь шла отовсюду

– Как работалось в Молдове? Были трудности?

И. Т. – В Молдове мы находились с марта по апрель. Власти РМ шли нам навстречу. Если сравнивать с Украиной, то у вас все делалось быстрее. У нас более бюрократически решаются вопросы. Я ношу с собой бумагу, которая подписана начальником Генерального штаба Республики Молдова. Понимаете, в чем дело? У нас в Киеве я такую бумажку не получил за 2 недели. В нашем проекте молдавская сторона оказалась самой организованной. Это не комплимент, а факт. 

Хотя были протокольные нюансы. Мы послали письмо, а оно еще не дошло или не вычитано. Пока не было на руках документов, мы имели право только посещать кладбища, но не снимать видео с дронов.

– Администрация кладбищ охотно шла на сотрудничество или их разрешение не требовалось?

И. Т. – Если зашел в дом, то надо стучаться. Мы даем сотрудникам мэрий наши красивые рекламные буклеты, с помощью которых информируем администрацию о том, чем занимаемся. 

К разговору подключилась Ирина Шихова: – Нас нигде не пытались не пустить. Принимали с широкой душой, хотя везде по-разному. Нигде не было такого: «Мы не в курсе , что у нас еврейское кладбище». А чаще слышалось: «Да, мы как раз там уже начали уборку», «Поможем, документы покажем». А мы: «Спасибо, мы вообще-то подготовленные приехали, нам это не совсем надо, но давайте».

И. Т. – Мы смотрели предложенные документы, интересовались. Иногда открывали для себя что-то новое. Наша задача – напомнить, что тут жили евреи. Другая задача – с инженерной точки зрения придать статус объекту с учетом срочности. Если объект идет под уничтожение, это значит, надо принимать экстренные меры, чтобы навести порядок и поставить там забор. А также повесить табличку, чтобы, даже если люди не уважают умерших, по крайней мере, чтобы забор огибали.

Неуважение – это когда куча мусора, а могилу еле видно. Таких поселений у нас в Украине около 30% из наличествующих кладбищ. Это большой показатель. Я уже не говорю о том, что кладбища порой сносятся, чтобы посадить картофель, капусту...

– Сколько районов РМ успели объездить?

 И. Т. – Мы объездили всю Молдову. Шли с юга на север, затем с севера на юг. Всего объездили порядка 132 точек.

– Что больше всего впечатлило при съемках?

И. Т. – В Люблине была история. Местные рассказывали, когда в советское время пришел местный мужичок, забрал мацевы с кладбища и сложил из них погреб. Но потом его замучила совесть, и он вернул их на место. Правда, мы не видели там возвращенных мацев. Это в своем роде городская легенда. 

Мы нашли Люблинку, о которой слышали. Думбравены, где огромное чистое поле, и в нем остались один стоящий надгробный камень и с десяток обломков вокруг. Одно из кладбищ мы нашли в огороде. Это Чинишеуцы и Оницканы. В Кременчуге нашли кладбище в лесу. И другое в лесу, на которое нас навели – между Думбрэвицей и Валя-луй-Влад. Оно еще нас ждет. Мы туда пока не доехали. Люди сказали: «Идите и ищите в лесу».

У нас в Украине есть еще 2 случая местных инициатив по приведению кладбищ в порядок. Дети и подростки ходили, описывали все мацевы. Более того, у нас есть прецедент, когда ребенок специально выучил иврит, чтобы прочитать надписи. Девочка сделала каталог кладбища сама. По своему местечку в Дубне (Ровенской области) она узнала, где стояли все еврейские дома до своего разрушения и настоящая синагога. Инициатива от местных случается, хотя и очень редко.

Что меня еще впечатлило, так это слезы на глазах стариков, когда мы приезжали. Выходят и говорят: «Ребята, верите, сколько себя помню, я мечтал, чтобы здесь навели порядок. Я пацаном был. И вы приезжаете, я дожил до этого».

– Как познакомились и стали сотрудничать здесь с Ириной Шиховой? Чем она вам ощутимо помогла?

И. Т. – Ирина Шихова – это бриллиант в вашей короне. Это энерджайзер, человек, на котором держится наш проект в Молдове. Она душа нашего пребывания тут. Хотим поблагодарить Виктора Рейдера и Юлию Шейнман за то, что помогли организовать формальные вопросы на высшем уровне. Слаженно, тактично, логично, вовремя. Мы шли по подготовленному пути.

Яна Давыдовна приехала в Кишинев, пришла в общину: «Надо сделать». Посидели, попили чаю с вином и начали работать.

И. Ш. – Мы с Яной знакомы уже несколько лет. До того, как возникала идея этого проекта вообще. Она была в курсе, что я интересуюсь кладбищами, что-то знаю. Очень хороший и прагматичный менеджер. Познакомились, пообщались. Это был 2016 год. Она, видимо, поставила для себя галочку, что есть Ирина Шихова, с которой можно сотрудничать. 

– Куда отправитесь после РМ?

И. Т. – Наша бригада едет на Украину. Сейчас одно крыло делает Словакию, другое – Грецию интенсивно. Это ЕС, другая поддержка. А по Молдове общего списка кладбищ не существует. Всего в Молдове найдено 71 кладбище.

И. Ш. – И они все время выплывают. Например: «Вот в этом селе нет, но есть в соседнем. Поезжайте, посмотрите». «Ой нет, это немецкое, а где-то там есть еврейское». Местные путают. Типа «не наше, не православное – значит, может быть ваше». А когда мы приезжали, оказывалось, что там кресты.

– Какова цель проекта в РМ?

И. Т. – Первая задача – составить список всех кладбищ, которые нами обозначены. Второе – присвоить им статус, исходя из состояния. И в этом статусе есть красная черта, которая незамедлительно требует вмешательства. Мы должны спасти кладбища, которые на грани.

Хотя будет полный каталог по всем кладбищам для туристов и тех людей, которые захотят приехать на бывшую родину.

И. Ш. – Это касается и полностью снесенных кладбищ, если они как минимум не застроены. Речь не идет о юридическом возвращении в прежнем статусе. Речь идет о культурном, историческом и в том числе религиозном статусах. Проект курируют в том числе и раввины, а с точки зрения традиции иудаизма, место, где лежат еврейские кости, является кладбищем навсегда. Конечно, если оно застроено, то застроено. Но если это пустырь, то концептуально ему возвращается статус кладбища. Опять же, мы не говорим о юридическом статусе. Но поставить туда табличку, что, вообще-то, здесь не поле и не пустырь и не надо здесь сажать люцерну – эта еще цель остается. 

 

Олег Дашевский

JCM.MD

Общественное Объединение «Еврейская Община Республики Молдова» имеет статус республиканской организации, в состав которой входят 9 региональных общин Молдовы и различные еврейские организации мун. Кишинэу.

 

 

НАШИ КОНТАКТЫ

Если у вас есть интересная информация или вопросы, вы можете нас найти по указанному адресу или связаться с нами по телефону:

Адрес :  Молдова, МД 2005 Кишинэу, ул. Е. Дога, 5, оф. 229

Тел/факс : +373(22)509689

НАШИ КОНТАКТЫ

Если у вас есть интересная информация или вопросы, вы можете нас найти по указанному адресу или связаться с нами по телефону:

Адрес :  Молдова, МД 2005 Кишинэу, ул. А. Диордица, 5, оф. 229

Тел/факс : +373(22)509689